Покровский М. В Из истории адыгов в конце XVIII — первой половине XIX века М.В. Покровский

Из истории адыгов в конце XVIII — первой половине XIX века

Очерк шестой. Мюридизм на Западном Кавказе


Организация управления подчиненных Магомед-Амином адыгских народов

 

Перейти к содержанию книги

 

Рассматривая режим, установленный Магомед-Амином, необходимо прежде всего отметить его напряженную заботу о создании постоянных военных сил. Это было основной задачей на протяжении всей его деятельности. Явившись в ходе последующих событий орудием в руках англо-турецкой политики, он должен был ко времени начала Крымской войны подготовить на Северо-Западном Кавказе общее вооруженное выступление горских народов против России. Он подчеркивал, что турецкий султан находит полезным завести на Кавказе «постоянное войско, артиллерию, учредить казну». Те же цели преследовала и торжественная церемония принятия им присяги Турции, проделанная в присутствии знати и аульной верхушки.

В своей главной резиденции на р. Шовгаш он организовал производство пороха и подготовку артиллерийского парка для будущих сражений. Необходимую для изготовления пороха селитру получали из Карачая, а сера добывалась из Псекупских минеральных источников. Железо подвозили армянские купцы, на которых доставка его была возложена «в виде подати».

Политические причины объясняют и действия Магомед-Амина по отношению к отдельным социальным категориям адыгского населения.

Выше мы уже останавливались на характеристике отношений, складывавшихся между Магомед-Амином и поднявшейся разбогатевшей старшинской аульной верхушкой, с ее феодально-эксплуататорскими претензиями, и отметили умелое использование наибом ее социально-политических вожделений. Идя навстречу ее желаниям, он дополнительно вводит суровую меру наказания в виде отсечения правой руки за кражу. Факт отсечения руки за покушение на частную собственность аульной верхушки подтверждается целым рядом документов.

Не менее продуманно действовал он среди тех групп населения, у которых князья и дворяне сохранили еще власть и влияние. Здесь он вначале придерживался того же пути, по которому шло царское правительство России, ориентировавшееся на военно-феодальную знать, но очень быстро от этого отказался. Он понял, что решающим моментом для успеха дела мюридизма явится поддержка его адыгским крестьянством, почему и стал обещать тфокотлям «аристократических племен» полное освобождение их от всех повинностей в пользу князей и дворян. Уже в апреле 1850 г. русскому командованию стало известно, что среди бжедухов, населявших левый берег р. Кубани, ведется широкая пропаганда посланниками Магомед-Амина, который «старался подстрекнуть в свою пользу простой бжедухский народ обещанием свободы и независимости от князей и дворян, обременяющих народ». Эти обещания не могли не оказать определенное действие.

В результате создавалось достаточно неожиданное положение, когда царизм своей поддержкой князей и дворян отталкивал на сторону Магомед-Амина тфокотлей «аристократических племен», которые, видя возможность под влиянием Амина свергнуть власть высшего сословия, были далеки от всяких намерений возвратиться под покровительство России.

Этим объясняется и безрезультатность негодующих воззваний, направляемых к бжедухам русским командованием в момент наивысших успехов Магомед-Амина у бжедухских тфокотлей. 30 апреля 1850 г. генерал Заво-довский писал им: «...вы ли это те бжедухи, которые столько лет с честию стояли на рубеже русской границы? Так ли поступали ваши отцы в дни невзгоды?.. Опомнитесь же и с оружием в руках изгоните дерзкого пришельца. Еще время не ушло, и вы можете дружным восстанием и единодушным действием уничтожить дерзкие замыслы Магомета Эмина...».

Политика Магомед-Амина по отношению к крестьянству не была оригинальной: действуя указанным образом, он, по сути дела, лишь возродил ту тактику, которая применялась к тфокотлям турецкой администрацией во время русско-турецкой войны 1828—1829 гг. Отсюда-то и проистекал ряд демагогических мероприятий, сопровождавшихся вынужденным ущемлением прав местной феодальной знати и совершенно незаслуженно стяжавших Магомед-Амину в исторической литературе славу вождя демократии. Такой подход к личности наиба приводил к тому, что его политика по отношению к крестьянству, повторявшая тактику анапских пашей (которых вряд ли, конечно, можно заподозрить в демократических симпатиях), рассматривалась рядом исследователей как деятельность непримиримого борца за освобождение народных масс Адыгеи, облекавшего свои действия в оболочку религиозного учения мюридизма.

Совершенно естественно, что часть тфокотлей, ведших упорную борьбу с князьями и дворянами, временно должна была подпасть под влияние Магомед-Амина. Проповедь «равенства сынов божиих» воспринималась ими как обещание избавления от посягательства дворян и князей на их труд и свободу. Этим и объясняется, что наибу Шамиля временами удавалось собирать под своими знаменами довольно крупные силы тфокотлей и обращать их против «русских», которые поддерживали их феодальную знать.

Русскому командованию трудно было заставить поэтому выступать адыгских тфокотлей так называемых «мирных племен» против войск Магомед-Амина в одних и тех же ополчениях вместе с их князьями и дворянами, и командиры таких сводных отрядов не раз доносили, что «простой народ по-прежнему не повинуется своим князьям и отказался быть в ополчении при нашем отряде, исключая только одних дворян и князей, которые занимают сами лагерь близ нашего отряда и сами же держат по дорогам караул». Князья и дворяне оказались в весьма затруднительном положении и обратились к русским властям «с просьбой о защите семейств и имуществ их вооруженной силой».

Поддержка феодальной знати была оказана, но в то же самое время была предпринята попытка воздействовать на тфокотлей. Рашпиль прямо заявлял: «При настоящем положении я считал обязанностию воспользоваться всяким средством, чтобы привлечь на свою сторону сколько возможно более приверженцев из простого народа».

Остановимся на тех формах организации управления адыгскими народами, которые насаждались Магомед-Амином.

Подчинив себе те или иные аулы и общины, Магомед-Амин приводил к присяге все мужское население в возрасте от 10 до 70 лет. Принесшим присягу давалось общее название «тендеши». После этого он приступал к устройству административно-полицейского аппарата. Вся населенная территория разбивалась на участки, в каждом из которых насчитывалось по сто дворов. Участок подчинялся старшине, получившему турецкое название «мух-тар». Обязанность старшины заключалась в наблюдении за беспрекословным исполнением приказаний наиба по выставлению требуемого им количества вооруженных воинов. В помощь мухтару участка давалось по пять хаджиретов, опираясь на которых он и осуществлял военно-полицейскую диктатуру. Это была мощная принудительная полицейская организация. Достаточно указать, что без разрешения мухтара и хаджиретов никто из жителей не имел права отлучаться за пределы участка. Они были обязаны помимо военной повинности поставлять для содержания ополчения определенное количество скота, хлеба и сена. Кроме того, население прикубанских аулов должно было нести постоянные караулы для наблюдения за движениями русских войск и поимки дезертиров.

Судебные дела рассматривались судьями, назначенными наибом, в преданности которых Магомед-Амин был уверен и которым вручалась неограниченная власть. По словам одного донесения, он, назначая судьями людей, «действующих с ним заодно, дает им право требовать всякого к ответу, брать штрафы и сажать в ямы. Адат они стараются совершенно уничтожить, чтобы прибрать к своим рукам всю судебную власть».

Изъятие судебных дел из ведения общинных учреждений было, одной из тех сторон государственности, насаждаемой Магомед-Амином, которая резко вклинивалась в толщу сохранявшихся еще родовых институтов. Она вызывала резко отрицательное отношение со стороны широких масс. Об этом говорит большое количество сообщений о действиях агентов мюридизма, указывающих, что «они разрушают старый обычай, по которому в каждой фамилии все должны защищать друг друга и мстить за каждого потерпевшего от чужих. Для них этот обычай опасен, потому что он может обратиться на них самих и уменьшает их власть, а потому они требуют, чтобы фамилии не распоряжались ни в каком деле по старому обычаю сами, а все дела отдавали на решение устроенных ими судов и таких мулл, которые с ними заодно. Вообще они стремятся к тому, чтобы уничтожить весь старый порядок и завести свой, в котором одни они имели бы власть и повелевали бы народом».

Несколько отдельных административных участков объединялись в округ. Во главе окружного управления стояли муфтий и три кадия. В каждом округе возводилось укрепление (мегкеме). Оно состояло из палисада, образовывавшего правильный четырехугольник около 50 сажен длиною и около 40 сажен в ширину. С наружной стороны палисад был окружен рвом. Внутри укрепления находились постройки, в которых размещались: судилище, конюшня, жилые помещения и склады продуктов. Под зданием судилища устраивалась тюремная яма для ослушников воли наиба. В нем же размещался гарнизон, состоявший из мутазигов и исполнявших полицейские обязанности «заптиев».

Муфтии назначались самим Магомед-Амином. Они были начальниками округов, а кадии составляли советы, действовавшие при них. Муфтии сосредоточивали в своих руках судебную и административную власть. Они же распоряжались вооруженными силами мутазигов, находившихся в составе гарнизонов мегкеме. Вся эта система увенчивалась диктаторской властью наиба, которому принадлежало «главное управление над каждым мегкеме».

Количество мегкеме не было постоянным. Оно изменялось в зависимости от военных успехов Магомед-Амина. Первоначально было устроено четыре мегкеме — по рекам Белой, Псекупс, Пшеха и Пшиш. Несколько позже мегкеме появились на реках Худако, Адагум, Антхир, Схоля-гуаш и др. Для постройки мегкеме жители должны были являться со своими инструментами, арбами и рабочим скотом.

При Магомед-Амине существовал еще особый меджлис, в который входили наиболее надежные и преданные ему люди: абадзехсхий старшина Хаджи Хасой Джандаров, старшина Берсебей, Абдулла Исмаил-эфенди, Хаджи Заде, Мухаммед-эфенди (муфтий натухайцев), кумык Хануко и Ибрагим хан Оглу, обычно доставлявший бумаги Магомед-Амина в Константинополь.

В особо важных и экстренных случаях наиб созывал съезды старшин.

Опираясь на созданный им аппарат управления и вооруженные отряды мутазигов, Магомед-Амин готовил почву для развертывания широких военных операций против России. Естественно, что эта подготовка сопровождалась тяжелыми материальными жертвами для населения. Особенно тягостной была повинность выставлять в ополчение людей, которые должны были следовать за кадровыми мутазигами Магомед-Амина. Определенных норм выставления ополченцев с каждого участка не было. В зависимости от обстоятельств жители участка должны были давать от десяти до ста мутазигов.

В высшей степени характерно то, что выставление ополченцев могло заменяться денежным налогом в размере пяти рублей серебром со двора: «этот налог избавляет от необходимости быть в отряде и служить в мартазаках».

Параллельно с этим Магомед-Амин ввел систему денежных штрафов за неисполнение религиозных обрядов, в частности за непосещение по пятницам мечети. Непосещение мечети каралось штрафом в размере одного рубля и дополнительным телесным наказанием. Следует отметить, что Магомед-Амин широко применял наказания для утверждения учения мюридизма в сознании населения.

Наряду с постоянной системой налогового обложения практиковались чрезвычайные взносы продуктами.

Широко применялась также и система штрафов, взимаемых за сношения и торговлю с русскими, за неявку в суд, отказ платить налоги, курение табака, музыку, танцы и песни. Эта система, несомненно, морально угнетала народные массы.

Что же касается старшинской верхушки, то большинство принимало ее полностью, не без основания видя в ней залог «общественного спокойствия» внутри аула.

Постоянным местопребыванием Магомед-Амина было мегкеме на р. Белой. Оно являлось главным административным и судебным центром Западного Кавказа. Отсюда исходили важнейшие распоряжения, сюда же свозились и преступники, дела которых разбирал сам наиб. В числе террористических мер, используемых наибом, наряду с наказанием розгами и расстрелом широко практиковалось утопление неугодных ему лиц в реке. Эта мера особенно часто применялась по отношению к русским пленным солдатам, отказавшимся ему служить.

Система террора в деятельности Магомед-Амина соединялась с настойчивой идеологической обработкой сознания масс, отравляемых ядом религиозного фанатизма.

Преданное Магомед-Амину мусульманское духовенство развернуло активную религиозно-политическую агитацию. Оно проповедовало беспрекословное подчинение воле турецкого султана и всем его распоряжениям, призывало к священной войне против русских, а также против тех мусульман, которые не признают власти наиба и проповедуемого им «нового учения». Сам Магомед-Амин даже манерой держаться старался внушить подданным мысль о своем постоянном общении с небесными силами. Погруженный в чтение корана, он часами заставлял приезжавшие к нему делегации дожидаться приема. С этой же целью им было осуществлено несколько специальных религиозных церемоний, обрядов, которые производили сильное впечатление на умы присутствующих. Они организовывались при помощи преданного ему эфенди Абдуллы, занимавшего пост начальника духовных училищ, созданных при главных мегкеме. В качестве учеников в эти училища набирались дети-сироты, проходившие в них особую систему воспитания и обучения, построенную в духе мусульманского аскетизма. Их водили в белых одеждах и чалмах со спускающейся сзади чадрою, доходившей до пят. Юные последователи мюридизма жили, в условиях, необычайно сурового режима: длительные молитвы и чтение корана перемежались с религиозными беседами и мистическими упражнениями, кроме того, они должны были соблюдать самую строгую умеренность в пище. Такой режим приводил к сильной возбудимости нервной системы подростков, доходившей, порой до галлюцинаций.

 

Смотрите также:

раздел Краеведение

"Что мы знаем друг о друге" - очерк о народах Кубани

старинные карты: платные и бесплатные

описания маршрутов

 


Комментариев нет - Ваш будет первым!


Добавить комментарий

Ваше имя:

Текст комментария (Ссылки запрещены. Условия размещения рекламы.):

Антиспам: Дecять плюc 3 добавить ceмь (ответ цифрами)